S07E07 - Мистер Ватсон, идите сюда, вы мне нужны

У великих изобретателей нередко были помощники: например, у Морзе был незаменимый Альфред Вейл. Насколько нам известно, у Меуччи и Грея личных помощников не было. А вот у Александра Белла появился Томас Ватсон.

Белл приносил идеи, но именно Ватсон обладал теми практическими навыками, которые позволяли превращать эти идеи в реальные работающие устройства: он конструировал аппараты, экспериментировал с их деталями, находил технические решения и вместе с Беллом шаг за шагом доводил телефон до рабочего состояния. Более того, в решающий момент именно Ватсон оказался на другом конце линии и первым услышал человеческую речь, переданную новым устройством.

Поэтому сегодняшний выпуск мы посвящаем Томасу Ватсону — человеку, чья роль в создании телефона была гораздо значительнее, чем может показаться из привычной истории об Александре Белле. С вами Ирина Маркова, и это подкаст «До нас дошло».

Томас Ватсон родился 18 января 1854 года в городе Сейлем, в семье конюха, работавшего в транспортной компании. С детства он отличался любознательностью и стремлением к знаниям. Поскольку в городе не было библиотек, он брал книги у торговца за небольшую плату и старался прочитать их как можно быстрее. Школьное образование казалось ему оторванным от реальной жизни: он заучивал даты, географические названия и арифметические задачи, не понимая их практического смысла. Поэтому в 14 лет Ватсон оставил школу и пошел работать. Сначала он был посыльным, затем работал в торговой лавке, где выполнял обязанности продавца, грузчика, кладовщика и учетчика. Рабочий день продолжался с шести утра до девяти вечера. Из пяти долларов недельного заработка три он отдавал матери, а два откладывал.

В 16 лет Ватсон понял, что такая работа не даст ему больших перспектив, и решил продолжить образование. Он поступил на курс бухгалтерского учета в Бостонском коммерческом колледже и полгода совмещал учебу с работой. Эти занятия он считал гораздо полезнее пяти лет школьного обучения. Однако найти новую работу ему не удалось, поэтому он вернулся в лавку, став кассиром и бухгалтером.

Вскоре Ватсон решил попробовать себя в других профессиях. Он успел поработать помощником плотника, но тяжелый физический труд быстро его разочаровал. После нескольких неудачных попыток 1 июля 1872 года он устроился в мастерскую Чарльза Вильямса. Именно здесь начался важнейший этап его жизни. Ватсон постепенно освоил работу с инструментами и телеграфным оборудованием, совершенствовал знания в электромагнетизме и учился у более опытных коллег и клиентов. Среди них был Мозес Фармер — известный изобретатель, занимавшийся динамо-машинами, электрическим освещением и электромагнитными устройствами. Ватсону поручали работать над его заказами, и это давало ему возможность соприкасаться с передовой техникой своего времени.

Как-то раз Томас работал над заказом мистера Фармера, когда в мастерскую вбежал взбудораженный человек, который просил переделать некоторые детали для телеграфных аппаратов. Это выглядело бестактно, так как клиент должен был оставлять заказ у мистера Вильямса или его приказчика, а те распределяли объем работ среди мастеровых. Но этим настырным клиентом был Александр Белл, и это знакомство стало судьбоносным.

Встреча с Беллом значила для Ватсона нечто большее, чем просто профессиональный интерес. Он считал Белла первым по-настоящему образованным человеком в своем окружении. Белл давал ему книги Тиндаля, Гельмгольца и Хаксли, благодаря которым Ватсон расширял знания об электромагнетизме. Кроме того, Белл помогал ему улучшать произношение и знакомил с работами своего отца Мелвилла Белла. Томаса также впечатляли необычные для его семьи манеры Белла и его умение играть на пианино.

Александр Белл познакомил Томаса Ватсона со своей идеей создания телеграфа, который позволял бы одновременно передавать несколько телеграмм по одному проводу. Ватсон сконструировал приемник и передатчик, настроенные на одну частоту, и они успешно работали. После этого Белл заказал еще несколько пар аппаратов, настроенные на разные частоты, однако при испытаниях на чердаке мастерской Вильямса устройства не смогли нормально разделять сигналы. Иногда части одного сообщения попадали на разные приемники. Несмотря на неудачи, Белл продолжал заказывать у Ватсона новые экспериментальные образцы. Несколько месяцев они пытались создать так называемый «гармонический телеграф», но добиться устойчивой работы так и не удавалось.

После болезни и поездки на лечение Белл в январе 1876 года вернулся к исследованиям, а 7 марта получил патент на свое устройство.

Всего через три дня, 10 марта, Белл и Томас Ватсон провели новый эксперимент, используя жидкостный передатчик. На этот раз произошло настоящее открытие: аппарат смог отчетливо передать человеческую речь. Во время испытания Белл находился в одной комнате, а Ватсон — в другой. В какой-то момент Белл случайно пролил кислоту из батареи на брюки и громко позвал Ватсона на помощь. Сам Ватсон не слышал его крика напрямую, поскольку находился далеко от него, зато отчетливо услышал слова через телефонный приемник. Он сразу понял значение произошедшего и вбежал к Беллу со словами, что услышал каждое его слово. Белл сначала больше переживал из-за ожога, но, узнав об успехе эксперимента, сразу забыл о своей травме.

После успешного эксперимента 10 марта Белл и Ватсон продолжили испытания телефона. Они по очереди пользовались передатчиком и приемником, разговаривали друг с другом и проверяли возможности нового устройства. Постепенно изобретение стало привлекать все больше внимания. Летом 1876 года на выставке в Филадельфии Белл продемонстрировал телефон публике. (вот тут паузу небольшую вставить, я криво подрезала) После этого Белл начал устраивать публичные платные демонстрации.

Однако до практического и массового использования телефона было еще далеко. Аппарат требовал серьезного совершенствования, поэтому будущий тесть Белла, мистер Хаббард, предложил Томасу Ватсону постоянную работу над улучшением «гармонического телеграфа» и «переговорного телефона». Ватсон должен был получать десятую часть доходов от изобретений Белла и сохранять прежний уровень оплаты. Перед разработчиками стояла задача превратить экспериментальный прототип в надежное устройство, пригодное для постоянной эксплуатации. Они подбирали оптимальную форму диафрагмы, магниты, провода и другие детали. Для экспериментов Белл даже использовал человеческое ухо, полученное у доктора Кларенса Блейка, однако металлические диафрагмы оказались более эффективными.

Параллельно увеличивалась дальность телефонной связи. В ноябре 1876 года состоялся разговор между Бостоном и Сэйлемом на расстоянии около 25 километров. А 3 декабря того же года Восточная железная дорога предоставила свои телеграфные линии для нового эксперимента. Благодаря этому удалось установить телефонную связь между Бостоном и Северным Конвеем, находившимися примерно в 225 километрах друг от друга. Качество связи было низким, но сам факт передачи речи на такое расстояние стал важным достижением. Первой коммерческой телефонной линией стала линия длиной около 4,5 километра, соединявшая мастерскую Вильямса с его домом.

Летом 1877 года Александр Белл обвенчался с Мэйбел Хаббард, и они поехали на свой медовый месяц в Европу. Томас Ватсон понимал, что их лаборатория на съемной квартире больше не выдержит нагрузки по развитию телефонии, и надо было ее покидать. Все инструменты, все аппараты, которые участвовали в их опытах, ломались и переделывались много раз. На прощание с лабораторией Томас Ватсон выдрал провод, соединяющий комнату № 13 (лабораторию) с комнатой № 15 (спальню Белла), и прикрепил к нему бумагу с надписью: «...этот провод был использован во всех экспериментах, в ходе которых родился телефон...Взят 8 июля 1877 года. Подпись: Томас Ватсон». Сегодня во Франкфуртском Музее коммуникаций хранится его фрагмент с запиской Эмиля БерлИнера, который утверждал, что получил его от Ватсона в 1881 году. Однако в своих мемуарах Ватсон писал, что хранил этот провод до 1914 года, поэтому точно утверждать, что музейный фрагмент — именно тот самый провод целиком, нельзя.

Пока Александр Белл проводил медовый месяц и искал инвесторов в Европе, Ватсон продолжил заниматься практическим совершенствованием телефона. Первые аппараты требовали буквально кричать в трубку или стучать по мембране, поэтому Ватсон создал механизм вызова с молотком, затем зуммер, а позже — поляризованный звонок с ручным генератором. Его конструкция звонка, с небольшими изменениями, использовалась в телефонии еще десятилетия.

Отдельной задачей было переключение контакта с вызова на разговор: в ранних конструкциях для этого использовались отдельные кнопки или переключатели, которые пользователи нередко забывали нажимать. Ватсон сконструировал крюк-переключатель, автоматически переводивший телефон из режима вызова в режим разговора при поднятии трубки. Но он был не единственным, кому пришла в голову эта идея: заявку на патент подал и Гилборн Рузвельт, конструктор музыкальных оргАнов, помогавший вести дела компании Белла в Нью-Йорке. В ходе судебных разбирательств выяснилось, что Рузвельт подал заявку на полчаса раньше Ватсона. Позже он поделился доходами от зарубежных патентов, а Ватсон сожалел, что в те дни был слишком занят и не успел подать заявку первым. Или же дело было в том, что Гилборн Рузвельт приходился кузеном двум будущим президентам США, Теодору и Франклину Рузвельту.

Работы становилось все больше. Томасу Ватсону приходилось и совершенствовать конструкцию телефона, и устанавливать новые аппараты и прокладывать новые линии, и отстаивать интересы компании в судебных процессах, и нагрузка становилась невыносимой. Вскоре мистер Хаббард нанял Теодора Вэйла в качестве главного менеджера компании. До этого он уже успел себя проявить, став самым молодым в истории Главным Суперинтендантом американской почты, то есть возглавлял всю почту США. Теодор Вэйл впоследствии стал президентом AT&T (American Telephone & Telegraph), грандиозной монополии, выросшей из телефонной компании Белла.

Главным противником компании оставалась Western Union, однако 10 ноября 1879 года стороны заключили соглашение, после которого компания Белла смогла укрепить свои позиции, а доходы Белла и Ватсона резко выросли. Стоимость акций National Bell Telephone Company также значительно увеличилась. Разбогатев, Ватсон купил дом в Бостоне для семьи, а затем начал тратить деньги на исполнение своих желаний: приобрел пианино, породистую лошадь, нанял учителей музыки и французского. Однако многие покупки оказались неудачными: на пианино он почти не умел играть, с лошадью не справлялся, а занятия музыкой и французским заставляли его чувствовать себя чужим в непривычной для него среде.

От постоянной напряженной работы у Томаса Ватсона развилась бессонница и хроническая усталость. Это заметил даже Хаббард, который временами отправлял его на отдых. В 1881 году, после того как пошли дивиденды от акций и Ватсон стал получать отчисления за свои патенты, он решил оставить работу в компании Белла.

Летом 1881 года Томас отправился в Европу, чтобы немного отдохнуть и восполнить пробелы в своих знаниях. В Европе он то и дело встречал своих бостонских знакомых, которые стали продвигать телефонию в Старом Свете. А сам Томас тем временем посещал музеи, театры, оперные концерты и другие достопримечательности. Хоть временами он видел и самого кайзера, и принца Уэльского, сам он был человеком застенчивым и мало вращался в светских кругах.

В мае 1882 года Томас вернулся в США, а осенью того же года женился. Он провел славный медовый месяц в Калифорнии, и в Бостон вернулся в марте 1883 года. Летом этого же года Томас Ватсон приобрел ферму, решив заняться сельским хозяйством, но быстро понял, что переоценил свои знания: работа привела к бессоннице и усталости, а многие дорогие механизмы оказались бесполезны. Вскоре его увлекли паровые двигатели, и после встречи с инженером Джозефом Деннетом он переоборудовал мастерскую для производства паровых машин, получая заказы от владельцев пароходов.

Предприятие Ватсона, Fore River Engine Company, занималось строительством паровых экипажей, но главным испытанием стал заказ ВМС США на два торпедоносца. Контракт на 562 тысячи долларов потребовал огромного расширения производства, закупки оборудования, найма рабочих и приобретения земли, поэтому Ватсон едва не разорился и потерял значительную часть собственных средств. Чтобы покрыть убытки, компания брала новые корабельные заказы, постепенно превратившись в крупное судостроительное предприятие.

В 1903 году Ватсон отошел от управления и продал свою долю. За годы усердных трудов Томас Ватсон успел создать небольшой трастовый фонд, доходы от которого позволяли не нуждаться в деньгах. Он мог позволить себе занятия геологией, как вдруг выяснилось, что и они могут принести прибыль.

На Аляске разразилась золотая лихорадка. Когда-то эта болезнь обогатила Калифорнию, теперь пришла очередь северного штата. Вместе со своим научным руководителем, профессором Кросби, Томас отправился на Аляску. Поступали разные предложения от владельцев участков, и, по их словам, все они сулили золотые горы. Но стоимость участка надо было оценить, понять, сколько золота могло содержаться в тонне породы, рассчитать стоимость добычи и транспортировки. И вместе с этим тщательно следить, чтобы никто не подходил к отобранным образцам грунта и не сыпал туда золотой песок.

Очень часто старатели заряжали золотой песок в патрон и стреляли в землю, а потом показывали этот участок наивному покупателю, который уже купался в золоте, но только в своих фантазиях. После многих экспертиз Ватсон так и не купил ни одного участка на Аляске. В этих геологических поездках Томас Ватсон наслаждался дикой природой, и так и не нашел стоящего занятия.

В 56 лет Томас Ватсон решил почувствовать молодость и неожиданно для солидного предпринимателя …… присоединился к гастролирующей английской театральной труппе Фрэнка Бенсона, ставившей пьесы Шекспира. Начав с массовки, он постепенно получил более заметные роли, сохраняя при этом привычные пунктуальность и скрупулёзность: он повсюду носил огромные книги с записями ролей, выходов и мимики. После года гастролей по Англии Ватсон покинул труппу, а затем отправился с другой компанией через Европу в Египет.

В преклонном возрасте Ватсон заинтересовался индуизмом и учением о переселении душ. Он воспринимал его как отражение собственной жизни, в которой один этап постоянно сменял другой: школьный — трудовым, телефонный — судостроительным, а затем актерским. Несмотря на неодобрение коллег из научных обществ, Ватсон не отказывался от своих взглядов и считал, что прожил свою человеческую жизнь достойно.

История Томаса Ватсона показывает, как любознательность, трудолюбие и готовность постоянно начинать что-то новое могут определить судьбу человека. От самоучки и рабочего мастерской он прошел путь до одного из создателей телефонной индустрии и крупного предпринимателя, а затем не побоялся оставить привычное дело и попробовать себя в судостроении, науке, геологии и даже театре. Его жизнь была наполнена не только успехами, но и ошибками, финансовыми потерями и неудачными начинаниями, однако Ватсон воспринимал их как часть своего развития. Главное, что на протяжении всей жизни он сохранял интерес к знаниям и неизведанному, благодаря чему сумел прожить необычную и насыщенную жизнь.

Этот выпуск подготовили: ведущая – Ирина Маркова и звукорежиссер – Алексей Попов.